Краткое содержание > Гоголь > РЕВИЗОР
РЕВИЗОР - краткое содержание


РЕВИЗОР - ДРУГОЙ ПЕРЕССКАЗ
РЕВИЗОР - ДРУГОЙ ВАРИАНТ ИЗЛОЖЕНИЯ
РЕВИЗОР - НОВОЕ КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ
Краткое изложение и пересказ произведения по главам РЕВИЗОР



Комедия в пяти действиях В качестве эпиграфа используется народная пословица: «На зеркало неча пенять, коли рожа крива». Действующие лица: Антон Антонович Сквозник-Дмухановский, городничий. Анна Андреевна, жена его. Марья Антоновна, дочь его. Лука Лукич Хлопов, смотритель училищ Жена его. Аммос Федорович Ляпкин-Тяпкин, судья. Артемий Филиппович Земляника, попечитель богоугодных заведений. Иван Кузьмич Шпекин, почтмейстер Петр Иванович Добчинский \ городские Петр Иванович Бобчинский ) помещики Иван Александрович Хлестаков, чиновник из Петербурга Осип, слуга его. Христиан Иванович Гибнер, уездный лекарь. Федор Андреевич Люлюков отставные чиновники, Иван Лазаревич Растаковский > почетные лица Степан Иванович Коробкин ) в городе. Степан Ильич Уховертов, частный пристав. Свистунов Пуговицын полицейские. Держиморда Февронья Петровна Пошлепкина, слесарша. Жена унтер-офицера. Мишка, слуга городничего. Слуга трактирный. Гости и гостьи, купцы, мещане, просители. Текст пьесы предваряют авторские «Замечания для господ актеров», где дается описание характеров действующих лиц и костюмов Действие первое Комната в доме городничего «Я пригласил вас, господа, с тем чтобы сообщить вам пренеприятное известие: к нам едет ревизор», — говорит городничий собравшимся у него чиновникам и добавляет, что ревизор из Петербурга едет инкогнито и с секретным предписанием. Все в смятении- к чему бы это? На предположение судьи Ляпкина-Тяпкина, что ревизора шлют узнать, нет ли в городе измены на случай войны, городничий отвечает: «В уездном городе измена! Что он, пограничный, что лиэ Да отсюда, хоть три года скачи, ни до какого государства не доедешь» Он советует чиновникам навести каждому в своем заведении порядок — в больнице надеть на больных чистые колпаки да написать над каждой кроватью по-латыни, когда кто какой болезнью заболел, и не позволять больным курить крепкий табак; из судебного присутствия убрать гусей и «всякую дрянь», которая там высушивается, а кроме того, принять меры в отношении заседателя, от которого идет такой запах, как от винокуренного завода. Ляпкин-Тяпкин заявляет, однако, что запах этот неистребим, поскольку заседателя, по его собственным словам, «в детстве мамка. . ушибла, и с тех пор от него отдает немного водкою». Городничий мягко пеняет чиновникам за свойственные им всем «грешки», которые Ляпкин-Тяпкин тут же расшифровывает как взятки (сам он берет взятки и не скрывает этого. «Но чем взятки? Борзыми щенками».), призывает смотрителя училищ Хлопова урезолить своих учителей, один из которых не обходится без того, чтобы не «состроить рожу», а другой «объясняет с . таким жаром, что не помнит себя» и стучит стулом об пол. «Оно, конечно, Александр Македонский герой, но зачем же стулья ломать? от этого убыток казне», — резонно заявляет городничий. Но особенно беспокоит его то, что ревизор едет к ним тайно: «Инкогнито проклятое! вдруг заглянет «А, вы здесь, голубчики! А кто, скажет, здесь судья?» — «Ляпкин-Тяпкин». — «А подать сюда Ляпкина-Тяпкина!» Появившийся почтмейстер Шпекин высказывает предположение, что прибытие ревизора может означать скорую войну с турками. Городничий просит его «для общей пользы всякое письмо, которое прибывает... в почтовую контору этак немножко распечатать и прочитать» Почтмейстер с готовностью соглашается, тем более что он давно уже так делает «не то чтоб из предосторожности, а больше из любопытства» Вбегают запыхавшиеся Бобчинский и Добчинский и, перебивая . и поправляя друг друга, сообщают, что ревизор, о котором идет речь в письме, полученном городничим, не кто иной как Иван Александрович Хлестаков, который уже две недели живет в гостинице и не платит денег. Потрясенный тем, что ревизор уже две недели в городе. городничий решает тут же отправиться в гостиницу и, сделав необходимые, по его мнению, распоряжения (вымести улицу, что ведет к трактиру, поставить квартального «для благоустройства на мосту», вместо старого забора «поставить соломенную веху, чтоб было похоже на планировку»), спешно отбывает на дрожках в трактир. Вбегают запоздавшие и потому сгорающие от любопытства жена и дочь городничего. Анна Андреевна подбегает к окну и пытается остановить уже отъезжающего мужа, но тот отвечает: «После, после, матушка», — и уезжает. В утешение матери Марья Антоновна говорит, что все равно через два часа они все узнают. Эти слова вызывают взрыв негодования у Анны Андреевны, и она посылает вслед за дрожками мужа служанку Авдотью разузнать, «что за приезжий, каков он... и глаза какие черные или нет .», и дает ей наставления через окно до тех пор- пока не закрывается занавес Действие второе Маленькая комната в гостинице Лежа на барской постели, Осип жалуется, что «есть так хочется и в животе трескотня такая, как будто бы целый полк затрубил в трубы». Они с барином уже второй месяц едут из Питера. Барин «профинтил дорогою денежки... теперь сидит и хвост подвернул...» Больно уж на широкую ногу живет барин — и комнату ему лучшую подавай, и обед лучший. «Добро бы было в самом деле что-нибудь путное, а то ведь елистратишка простой!» Надоела Осипу такая жизнь, уж лучше в деревне жить: «лежи весь век на полатях да ешь пироги». Но всего лучше, конечно, жить в Петербурге: «кеятры, собаки тебе танцуют, и все, что хочешь», кругом «галантерейное обхождение», все говорят на «вы». Одно плохо: бывает, что «славно наешься» а в другой раз «чуть не лопнешь с голоду». А все он виноват, барин Делом не занимается, играет в картишки, гуляет «по прешпекту». Осип поспешно схватывается с постели, потому что появляется барин. Хлестаков хочет есть не меньше Осипа и посылает его в буфет за обедом. Тот отказывается, заявляя, что хозяин велел больше не давать обеда таким «мошенникам» и «шеромыжникам», как Хлестаков, и грозился пойти к городничему с жалобой. Наконец он все- таки отправляется позвать хозяина, но возвращается с трактирным слугой. Хлестакову не без труда удается уговорить слугу, чтобы он сходил к хозяину и «растолковал ему сурьезно», что проезжающему нужно есть. После довольно продолжительного ожидания, которое Хлестаков посвящает сладким мечтаниям о шикарной петербургской жизни, приносят наконец обед, всего два блюда — суп и жаркое. Хлестаков, весьма недовольный его количеством и качеством («Что это за суп? Ты просто воды налил в чашку... какие-то перья плавают вместо масла...Что это за жаркое?.. Это топор, зажаренный вместо говядины».), тем не менее съедает все подчистую. Осип сообщает барину, что зачем-то приехал городничий и спрашивает о нем. Перепуганный Хлестаков пытается взбодрить самого себя гневными тирадами типа «как вы смеете!», но появление городничего в сопровождении Добчинского (Бобчинского, к его неудовольствию, оставляют за дверью) пресекает эти попытки. Страх не позволяет Хлестакову заметить, что городничий перепуган не меньше него: то же можно сказать и о городничем. Их диалог напоминает разговор слепого с глухим Хлестаков обещает заплатить хозяину гостиницы, как только «пришлют из деревни», жалуется на данные условия проживания и дурной обед. Городничий, в свою очередь, извиняется и уверяет, что ревностно исполняет свои обязанности. Каждый подозревает другого в лукавстве («О, тонкая штука!.. — говорит городничий, — какого туману напустил!»). Предложение городничего «переехать на другую квартиру» Хлестаков воспринимает как намерение упрятать его в тюрьму и вспоминает о необходимости проявить гнев — он стучит по столу кулаком и кричит, что обратится прямо к министру. Вконец перепуганный и отчаявшийся спасти положение городничий, как за соломинку, хватается за просьбу Хлестакова дать ему денег взаймы и всучивает ему вместо просимых двухсот рублей четыреста. Настроение Хлестакова резко меняется, он тут же велит Осипу позвать трактирного слугу для расчета, а сам рассказывает городничему, что едет в Саратовскую губернию, в собственную деревню к дядюшке, который недоволен тем, что он до сих пор ничего не выслужил в Петербурге. Городничий воспринимает его слова по-прежнему как «тонкие штуки», не веря ни единому слову, и вновь предлагает Хлестакову переехать из гостиницы к нему в дом. Хлестаков воспринимает это предложение уже по-иному и с удовольствием соглашается. Явившемуся за расчетом трактирному слуге городничий заявляет. что дело может подождать, и предлагает гостю «осмотреть теперь некоторые заведения в... городе, как-то — богоугодные и другие». Хлестаков охотно соглашается; правда, последовавшее затем еще одно предложение посетить острог и городские тюрьмы восторга у него не вызывает. Городничий просит у Хлестакова разрешения написать две записки: одну в богоугодное заведение Землянике, другую — жене, «чтоб она приготовилась к принятию почтенного гостя» Пока городничий пишет записки на подвернувшемся под руку трактирном счете, неожиданно обрывается дверь в номер, и на пол летит подслушивавший с другой стороны Бобчинский. На протяжении всей сцены он, снедаемый любопытством, время от времени заглядывал в дверь, но теперь его любопытство достигло кульминации, выразившейся в столь энергичном порыве. Хлестаков бросается к Бобчинскому с утешениями. Городничий быстро погашает инцидент и когда Хлестаков выходит из комнаты, распекает бедного Бобчинского. Действие третье Комната первого действия Анна Андреевна и Марья Антоновна стоят у окна и с нетерпением ожидают новостей. Наконец они видят бегущего по улице Добчинс- кого и набрасываются на него с расспросами Тот, как умеет, рассказывает о событиях в гостинице, даже удовлетворяет их любопытство относительно того, насколько молод гость и брюнет он или блондин, потом передает Анне Андреевне записку Анна Андреевна, лутаясь между двумя солеными огурцами и полпорцией икры по рубль двадцать пять копеек, наконец добирается до сути и, призвав слугу Мишку, принимается энергично отдавать необходимые распоряжения, а после ухода Добчинского еще более энергично обсуждает с дочерью, какие платья следует им надеть, чтобы не ударить в грязь лицом перед «столичной штучкой». Увлеченные этим, они удаляются в свои комнаты; вместо них появляются Мишка и Осип с чемоданом на голове. Мишка пытается расспросить Осипа, «скоро ли будет генерал», но тот настойчиво поворачивает разговор к тому, чтобы чего-нибудь поесть. Мишка отвечает, что имеются только «простые блюда... — щи, каша да пироги» Осип, так и быть, соглашается, и они вдвоем несут чемодан в боковую комнату. В сопровождении городничего и целой свиты чиновников появляется Хлестаков. Он находится в самом хорошем расположении духа и всем доволен. Этому способствовал завтрак у Земляники в богоугодном заведении, в больнице, где такая вкусная рыба под названием лабардан, а больные «все как мухи выздоравливают». Ему очень нравится, что, в отличие от других городов, которые он посещал, здесь ему всё показывают, и осведомляется, нет ли в городе «обществ, где бы можно было, например, поиграть в карты». Городничий, гордый собственной сообразительностью («Эге, знаем, голубчик, в чей огород камешки бросают!»), уверяет Хлестакова, что «здесь и слуху нет о таких обществах», а он сам «карт и в руки никогда не брал», не замечая явного разочарования гостя. Появляются Анна Андреевна с Марьей Антоновной, и городничий представляет их Хлестакову. Тот рассыпается перед ними в любезностях; рисуясь перед Анной Андреевной, рассказывает, какое он важное лицо в Петербурге, подавая эту важность по нарастающей: сначала говорит, что он с начальником отделения департамента на дружеской ноге, потом, что его хотели коллежским асессором сделать; дальше больше: он с хорошенькими актрисами знаком; он с Пушкиным на дружеской ноге; сам пишет; «Женитьба Фигаро», «Роберт-дьявол», «Норма» — всё его сочинения, равно как и «Юрий Милославский» (у господина Загоскина свой «Юрий Милославский», а у него свой). Ему прямо из Парижа привозят на пароходе суп в кастрюльке, и арбуз он ест ценой в семьсот рублей, и в приемной у него всякий день графы и князья толкутся, и вист он составляет с министром иностранных дел и с французским, английским и немецким посланниками. А один раз его даже хотели назначить управляющим департаментом и послали для этой цели к нему тридцать пять тысяч курьеров. И вообще, он во дворец всякий дань ездит, а скоро его должны произвести в фельдмаршалы... Утомленный хорошим завтраком и длительной речью, Хлестаков с возгласом: «Лабардан! Лабардан!» — отправляется наконец «отдыхать», а чиновники остаются совершенно подавленные и устрашенные значительностью представшей перед ними персоны. Анна Андреевна и Марья Антоновна оживленно обсуждают, на кого из них столичный гость больше смотрел, а городничий говорит, что «если хоть одна половина из того, что он говорил, правда», то... Он уже не рад, что напоил гостя, и признается, что до сих пор не может очнуться от страха. Появляется Осип, и все бросаются к нему с расспросами о его барине. Анна Андреевна интересуется, в каком он мундире ходит и какие ему больше всего глаза нравятся; Марью Антоновну привлекает его «маленький носик»; городничему с трудом удается вставить между ними слово. Наконец он их урезонивает и ведет с Осипом степенный мужской разговор, из которого уясняет, что барин «порядок любит, чтоб все было в исправности», и что если куда заедет, то всегда справляется, хорошо ли его, Осипа, угостили. Городничий дает ему «пару целковиков на чай», а потом еще сверх того «на баранки» и велит явившимся на зов квартальным Свистунову и Держиморде стоять на крыльце и «никого не пускать в дом стороннего, особенно купцов», гнать в шею всех, кто идет с просьбою или хотя бы собирается подать на городничего просьбу. Действие четвертое Та же комната в доме городничего Осторожно, почти на цыпочках входят Ляпкин-Тяпкин, Земляника, почтмейстер, Хлопов, Добчинский и Бобчинский, все в полном параде и в мундирах. Судья выстраивает их «на военную ногу» и предлагает заходить к Хлестакову по очереди и под всякими благовидными предлогами подсовывать ему деньги. Завязывается спор, кому идти первым, прерываемый покашливанием Хлестакова в соседней комнате; чиновники наперерыв спешат к дверям, и сцена мигом пустеет. Входит Хлестаков, отягощенный похмельем и воспоминаниями о вчерашнем приятном времяпрепровождении, а несколько погодя в противоположных дверях появляется и робко останавливается Ляпкин-Тяпкин. Он представляется столичному гостю и отвечает на его вопросы, но главная его забота — «А деньги в кулаке, да кулак-то весь в огне». Наконец в полном замешательстве он роняет деньги на пол и уж совсем решает, что пропал, но Хлестаков неожиданно просит их у него взаймы, и совершенно счастливый таким оборотом дела Ляпкин-Тяпкин откланивается. «Судья — хороший человек», — делает вывод Хлестаков. Вытянувшись, придерживая шпагу, входит почтмейстер, представляется и в продолжение всего разговора только поддакивает Хлестакову, рассуждающему о приятности здешнего города. Без всякого перехода Хлестаков вдруг заявляет, что «поиздержался в дороге», и просит взаймы триста рублей Почтмейстер с готовностью дает деньги и откланивается, очень довольный тем, что у Хлестакова нет никаких замечаний «по части почтового управления». Хлестаков им тоже доволен: «По крайней мере услужлив. Я люблю таких людей». В дверь почти вталкивают со словами «Чего робеешь?» Луку Лукича. Робость его еще более усиливается, когда Хлестаков предлагает ему сигару: он отвечает односложно, язык у него заплетается. Наконец, когда Хлестаков просит у него взаймы денег, с облегчением отдает и бегом устремляется к выходу. Вместо него появляется Земляника. Он спешит напомнить Хлестакову, что «имел честь сопровождать» его и принимать во вверенном ему богоугодном заведении. Хлестаков вспоминает, что завтрак был там хорош. Принимая его слова за знак расположения, Земляника с увлечением доносит на всех чиновников города и даже предлагает изложить все на бумаге. Хлестаков, как и в предыдущих случаях, берет у него взаймы денег, и Земляника уходит. Сменивших его Бобчинского и Добчинского Хлестаков без околичностей спрашивает, есть ли у них деньги. Те наскребают вдвоем шестьдесят пять рублей и осмеливаются высказать просьбы к высокопоставленной особе: Добчинский просит похлопотать, чтобы его сына, «рожденного еще до брака», признали законным, а Бобчинский высказывает «очень нижайшую просьбу» —сказать «всем там вельможам», а при случае и государю, «что, вот, мол, ваше императорское величество, в таком-то городе живет Петр Иванович Бобчинский». Закончив прием, Хлестаков наконец догадывается, что его здесь «принимают за государственного человека», и решает написать обо всем в Петербург Тряпичкину, который «пописывает статейки». Он велит Осипу принести перо и бумагу, а сам подсчитывает выманенные у чиновников деньги — их за тысячу перевалило. Явившийся с пером и бумагой Осип говорит барину, пока тот занят письмом, что его здесь принимают за кого-то другого, и советует поскорее уезжать. Хлестаков запечатывает письмо и велит Осипу отнести на почту. Тем временем с крыльца доносится шум. Это Держиморда пытается сдержать натиск явившихся с прошениями купцов. Хлестаков велит их пропустить. Они жалуются ему на городничего, «кланяются сахарцом и кузовком вина» Хлестаков отказывается от подношений, заявляя, что не берет никаких взяток; вот если бы ему «предложили... взаймы рублей триста — ну. тогда совсем дело другое» Купцы подносят ему деньги на серебряном подносе и просят взять «за одним разом и сахарцу». Вовремя вмешавшийся Осип говорит, что «в дороге все пригодится», и забирает дары. Слышатся женские голоса, требующие пропустить их к «самому» Это пришла искать справедливости унтер-офицерская жена Иванова, которую по ошибке высекли, и слесарша Пошлепкина, у которой мужа забрили в солдаты не в очередь. Хлестаков обещает им во всем разобраться и велит Осипу больше никого не впускать. Входит Марья Антоновна и при виде Хлестакова с возгласом «Ах!» останавливается. Хлестаков рисуется перед ней, говорит не самые изысканные комплименты — то есть совершает необходимый, в его представлении, ритуал ухаживания, и, наконец, целует Марью Антоновну в плечо, а когда та в негодовании устремляется к двери, падает перед ней на колени и клянется в вечной любви. В такой позе его застает вошедшая Анна Андреевна. «Ах, какой пассаж!» — в изумлении восклицает она и выгоняет дочь из комнаты, а Хлестаков без лишних слов бросается на колени теперь уже перед ней и уверяет, что на самом деле любит ее. На робкие возражения Анны Андреевны, что она «в некотором роде замужем», он отвечает, что «для любви нет различия», и зовет ее «удалиться под сень струй». Вбежавшая вдруг будто бы с поручением от папеньки Марья Антоновна повторяет возглас своей матери: «Ах, какой пассаж!». Анна Андреевна встречает ее выражением крайней досады, а Хлестаков вновь переключается на уже готовую расплакаться Марью Антоновну и с горячностью просит Анну Андреевну «благословить постоянную любовь» Анна Андреевна изумлена и разочарована, однако спешит воспользоваться таким удачным разрешением «пассажа». Вбегает запыхавшийся и перепуганный городничий, бросается к Хлестакову с возгласом: «Не погубите!» — и умоляет его не верить жалобщикам-купцам — «они сами обманывают и обмеривают народ», а унтер-офицерша «сама себя высекла». Жене и дочери не сразу удается донести до него важную новость: высокий петербургский гость просит руки Марьи Антоновны. Он отмахивается от них, не верит даже подтверждению из уст Хлестакова и, только когда тот грозится, что застрелится от любви, а его, городничего, отдадут за это под суд, благословляет молодых и, видя, как они целуются, радостно вскрикивает: «Ай, Антон! Ай, городничий! Вона как дело-то пошло!» Правда, сообщение некстати появившегося Осипа, что лошади готовы и пора ехать, несколько портит его торжество, но Хлестаков спешит уверить городничего, что он съездит на один день к дяде — богатому старику, и завтра же назад. Городничий снабжает его на дорогу еще деньгами, и Хлестаков под дружные прощальные восклицания всего семейства уезжает. «Колокольчик звенит. Занавес опускается». Действие пятое Та же комната Городничий с Анной Андреевной обсуждают неожиданно свалившееся на них счастье и строят планы на будущее: жить они теперь будут «натурально, в Петербурге», Антону Антоновичу можно будет «влезть в генералы», а «городничество тогда к черту». Чувствуя себя на коне, городничий велит квартальному позвать к себе на расправу жалобщиков-купцов, а кроме того, объявить всем, «во весь народ», чтоб знали, что городничий «выдает дочь свою не то чтобы за какого- нибудь простого человека, а за такого, что и на свете еще не было, что может все сделать, все, все, все!» Явившихся с повинной купцов городничий ругает самыми последними словами и, объявив им о помолвке своей дочери с важным петербургским чиновником, требует хорошего «поздравления» на свадьбу. Купцы винятся («лукавый попутал»), просят «не погубить», и, вдоволь натешившись, городничий их отпускает. С поздравлениями являются Ляпкин-Тяпкин, Земляника и Растаковский; затем, с той же целью, Коробкин с женой и Люлюков. Постепенно собирается все городское общество, спеша выразить городничему свое почтение в связи со столь великим событием. Городничий и его жена напускают на себя важность, осознавая всю высоту своего нового положения, и дают присутствующим недвусмысленно понять, что их заботы для них теперь слишком незначительны. На униженные просьбы чиновников не оставлять их своим покровительством, живя в Петербурге, городничий, правда, снисходительно соглашается, однако Анна Андреевна его осаживает: «Не всякой же мелюзги оказывать покровительство». В разгар торжества вбегает запыхавшийся почтмейстер с распечатанным письмом в руке и сходу заявляет, что чиновник, которого все приняли за ревизора, вовсе не ревизор, а «ни се ни то; черт знает что такое». Он узнал это из письма, принесенного к нему на почту Письмо он распечатал, поскольку «неестественная сила побудила» а как распечатал — «мороз, ей - Богу, мороз. И руки дрожат, и все помутилось». Почтмейстер, с разрешения собравшихся, читает письмо Хлестакова, адресованное на Почтамтскую «душе Тряпичкину», с изложением приключившихся с ним «чудес», когда его «по петербургской физиономии и по костюму весь город принял... за генерал-губернатора». Далее идут характеристики местных чиновников: «городничий — глуп, как сивый мерин», «почтмейстер... пьет горькую», «надзиратель за богоугодным заведением Земляника — совершенная свинья в ермолке», «смотритель училищ протухнул насквозь луком», «судья Ляпкин-Тяпкин в сильнейшей степени моветон...» В процессе чтения письмо поневоле переходит из рук в руки — каждый с удовольствием и злорадством зачитывает характеристику своего «коллеги», но как только доходит до собственной, запинается и предлагает прекратить чтение; однако общество жаждет гласности, и таким образом письмо оказывается прочитанным до конца, несмотря на крайне нелестное для всех присутствующих содержание. Городничий совершенно убит новым поворотом ситуации и требует немедля воротить самозванца, но почтмейстер говорит, что, «как нарочно, приказал смотрителю дать самую лучшую тройку... и вперед предписание». Тут все наперебой начинают вспоминать, кто сколько денег дал «взаймы» Хлестакову. Городничий, бия себя в лоб, недоумевает, как это он, служа тридцать лет («мошенников над мошенниками обманывал... Трех губернаторов обманул!»), этакую «сосульку, тряпку принял за важного человека». Больше всего его беспокоит то, что теперь он «разнесет по всему свету историю. Мало того, что пойдешь в посмешище — найдется щелкопер, бумагомарака, в комедию тебя вставит». На смех окружающих он с горькой злостью кричит: «Чему смеетесь? — Над собою смеетесь!..» — и тут же учиняет дознание, кто первый пустил слух о приезде в город ревизора. Все дружно набрасываются на Добчинского и Бобчинского... В это время появляется жандарм и объявляет: «Приехавший по именному повелению из Петербурга чиновник требует вас сей же час к себе». Произнесенные слова поражают как громом всех. Звук изумления единодушно излетает из дамских уст; вся группа, вдруг переменивши положение, остается в окаменении». Немая сцена.



Похожие краткие содержания


РЕВИЗОР - ДРУГОЙ ПЕРЕССКАЗ
РЕВИЗОР - ДРУГОЙ ВАРИАНТ ИЗЛОЖЕНИЯ
РЕВИЗОР - НОВОЕ КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ

Еще из раздела Николай Васильевич Гоголь


ТАРАС БУЛЬБА
ШИНЕЛЬ
РЕВИЗОР

Поиск
В нашей базе 2000 кратких изложений

Сохранить себе