Краткое содержание > Трифонов > ДОМ НА НАБЕРЕЖНОЙ
ДОМ НА НАБЕРЕЖНОЙ - краткое содержание


Краткое изложение и пересказ произведения по главам ДОМ НА НАБЕРЕЖНОЙ

В августе 1972 года, ожидая вселения в новый кооперативный дом, Вадим Александрович Глебов заезжает в мебельный магазин у Коптевского рынка. В одном из работяг у мебельного Глебов с удивлением узнает «дружка давних лет», Левку Шулепникова, по прозвищу Шулепа, прежде «большого человека» и сына влиятельных родителей. Однако Шулепа делает вид, что Глебова видит впервые, и не здоровается с ним. Вернувшись домой, Глебов рассказывает жене Марине о странной, взволновавшей его встрече. Однако у него немедленно появляется другой повод для тревоги и недовольства. Дочь 
Маргоша собралась замуж за некоего Толмачева, который никогда не нравился ни Глебову, ни Марине из-за неопределенности занятий — он то ли художник, то ли продавец в книжном магазине. Неожиданно в два часа ночи раздается звонок. Это Шулепников. Он в странной нагловатой манере извиняется, что «обидел» Глебова невниманием. Шулепа спрашивает, помнит ли Глебов его «мамашу». Глебов хочет ответить, что хорошо помнит всю семью Шулепы, но не успевает: тот на середине разговора кладет трубку.
Глебов решает забыть о Маргоше, предоставить дочь самой себе и углубляется в воспоминания о своем детстве. Их семья жила в коммунальной квартире в маленьком домике на набережной, где кроме них жили еще шесть семей. Глебовы жили вчетвером: отец с матерью, баба Нила и сам Вадька Глебов. Тогда у Глебова было прозвище Батон, потому что однажды он принес в класс целый свежий батон и угощал тех, кто победнее. Отец Глебова работал на конфетной фабрике мастером-химиком, а мать, за отсутствием образования, «то шила что-то по конторам, то билетершей в кинотеатре». Поэтому Глебов мог ходить на любой фильм без билета, а иногда и водить с собой кого-нибудь из одноклассников. «Эта привилегия была основой могущества Глебова в классе. Он пользовался ею расчетливо и умно: приглашал мальчиков, в дружбе которых был заинтересован, от которых чего-либо ждал взамен, иных долго кормил обещаниями, прежде чем оказывал благодеяние, а некоторых мерзавцев навсегда лишал своей милости. Так продолжалось, и глебовская власть — ну, не власть, а скажем, авторитет — оставалась непоколебленной, пока не возник Левка Шулепа».
Рядом с домом, где жил Глебов, строится новый, «большой», шикарный, куда селятся люди «непростые». Однако Левка с первых дней пребывания в школе успевает создать себе репутацию героя самостоятельно, не прибегая к помощи могущественных родных. Шулепа держится весьма надменно, да и к тому же является «невообразимо счастливым обладателем настоящих кожаных штанов», о каких большинство его новых одноклассников (в том числе и Глебов) не смели даже мечтать. Левку решают «проучить, вернее, унизить, а еще точнее — опозорить» — затащить на задний двор и с криками «огого!» содрать штаны, предварительно предупредив девчонок, чтобы они смотрели из окна. Однако Левка выходит победителем из неравной схватки с пятерыми нападающими: у него есть красивый заграничный пугач, выстрел из которого звучит совсем как из настоящего пистолета. Нападающие, перепугавшись, обращаются в позорное бегство. Родные Шулепы не собираются оставлять происшествие безнаказанным. В школу приходит милиционер, открывает дело, но Левка никого не выдает. Отчим (фамилию которого, кстати, и носит Левка) даже наказывает его за упрямство. С этого момента Глебов начинает завидовать Шулепе. «Потому что одному человеку не должно быть все... Но нет несчастнее людей, пораженных завистью».
В кинотеатрике, где работает кассиршей мать Глебова, идет безумно популярный фильм, на который очень трудно попасть — «Голубой экспресс». Все одноклассники наперебой умоляют Глебова провести их на фильм в обмен на различные, важные для их возраста, ценности (марки, билеты на бега и пр.). Одна девочка даже обещает поцеловать Глебова. Первый поцелуй в его жизни — «ничего особенно приятного, просто облегчение». Глебов «не разбрасывался», ему хочется, чтобы «Шулепа тоже попросил бы, поклянчил». Но Левка не проявляет интереса, говоря, что картину уже неоднократно видел. Глебов решает, что это вранье.
Левка приглашает ребят из класса (и Глебова тоже) к себе домой. Квартира Шулепниковых поражает Глебова своей роскошью и огромными размерами: у Глебова есть собственный кинопроектор, с которого он и показывает гостям «Голубой экспресс». С того дня Глебов постоянно заходит к Шулепе, его часто оставляют пить чай. Глебова поражало, что мать Левки, Алина Федоровна, может запросто отказаться от куска торта, потому что он «несвеж». Дома у Глебова лакомства бывают крайне редко и поедаются немедленно. Вернувшись домой, он каждый раз увлеченно описывает, какая люстра в коридоре (собственном коридоре!) Шулепниковых, по которому можно кататься на велосипеде, какую огромную коробку конфет подавали к чаю и т. д. Мать и бабушка с любопытством расспрашивают Глебова, а отец посмеивается над ними и шутит, что без собственного коридора гораздо просторнее, а «дренька- нье судков» соседей по коммуналке — музыка.
Отец Вадима Глебова вышел из очень бедной семьи, его «душил, как душит грудная жаба, какой-то давнишний, неизжитый страх». Тайная мудрость отца состояла в том, чтобы «следовать трамвайному правилу — не высовываться». Единственный человек, которым гордятся в семье Глебовых («больше гордиться было нечем»), — брат отца, дядя Николай, летчик. Дома была «глушь, скукота». Левку же почему-то тянет к Глебову. Шулепа часто приходит к нему в гости, дарит книги. Отец Глебова усматривает в мальчишеской дружбе какую-то опасность, советует сыну «не обольщаться дружбой с Левкой, потому что у Шулепниковых своя линия жизни, у Глебова своя и мешаться не надо». При Левке отец хитрит, рассказывает из своей жизни или из жизни дяди Николая что-то небывалое (например, как видел в Северной Индии, где никогда не был, факиров). Глебов упрекает отца в том, что тот «стелится» перед Шулепой, то же самое ставят отцу в вину и мать Глебова, и баба Нила. Отец, обычно тихий и уравновешенный человек, вдруг принимается кричать. Впрочем, отец и сам признает, что «говорит в Левкой, как с важной персоной» именно потому, что его отец, точнее отчим, действительно занимает высокий пост и «многое может».
Чтобы проявить волю и храбрость, Антон Овчинников, Левка и их приятели создают Тайное Общество Испытания Воли (сокращенно ТОИВ). Испытание воли заключается на первых порах в том, чтобы пройти по Дерюгинскому переулку, который терроризируют Бычковы и их банда, и в случае нападения дать отпор. Антон занимается джиу-джитсу — постоянно стучит ребром ладони обо что-нибудь твердое, чтобы ладонь стала «бронированной». Он отличается высокой самодисциплиной и нечеловеческим упорством, на ладони скоро образуется мозоль. Антон невысок, коренаст, но «после драки с Минькой Бычковым, когда Антон ударом руки уложил того на месте, об Овчинникове пошли легенды». Минькины приспешники зверски избили Антона, он месяц пролежал дома с забинтованной головой. Однако друзья Антона радуются: это первый удар, пошатнувший владычество Бычковых. Антон, как и Левка, очень начитан, знает многое помимо школьной программы, рисует итальянские пейзажи, заполняет палеонтологический альбом, знает наизусть оперы Верди. Друзья считают его гением, будущим великим ученым. Антон выделяет Соню Ганчук из общей массы девчонок, даже решается частично посвятить ее в тайну ТОИВ. На балконе Сониной квартиры на девятом этаже ребята проводят второе испытание воли: пройти по парапету балкона со стороны улицы. Приглашают с собой и Глебова. Соню просят подождать в другой комнате. Но Глебов, изрядно трусивший, не стерпев, рассказывает Соне, зачем им нужен балкон. Антон успевает пройти по парапету. Остальные, перепуганные до последней степени, с ватными ногами, ждут своей очереди. В этот момент на балкон выбегает Соня, втаскивает ребят в комнату, по выражению одного из участников событий, «спасает всем им жизни». Но всем уже понятно, что Соня делает это не только из простого человеколюбия, но потому, что среди них — Глебов, к которому она неравнодушна.
Глебовы живут в одной квартире с наглыми соседями, терроризировавшими всю округу Бычковыми. Бычков-старший вымачивал на дому кожи и тачал модные сапоги, отчего в квартире стояла постоянная вонь. Никаким способом приструнить соседа не удавалось. Дети Бычкова, Минька и Таранька, были убежденными хамами. Миньке было пятнадцать лет, он нигде не учился, потому что его выгнали после пятого класса. Скоро он прибился к подозрительной компании. Минька был очень сильным, любил унижать более слабых и не раз отыгрывался на друзьях Глебова. Самого Глебова он до поры до времени не трогал, потому что тот «вроде как „свой“, „сосед"». Минька просто вымогал у Глебова деньги под предлогом «посмотреть на его голую сестру Верку», моющуюся в комнате, что совершенно не было нужно Глебову. У Бычковых была дурная привычка, чуть что, стращать собакой. Собака была крупная и злая, Бычковы частенько натравливали ее на «неугодных» им.
Сокрушительный удар по всевластию Бычковых следует после того, как они натравили собаку на Антона и Левку в переулке. Собака никого не покусала, но одежду изорвала. На другой день в комнату Бычковых (что в одной квартире с Глебовыми) приходит человек в длинном кожаном пальто, устраивает скандал, выстрелами убивает собаку. После этого «все у Бычковых как-то разом скособочилось и рухнуло», Миньку арестовали, остальная семья пропала из дома. Глебов в тот момент окончательно уверовал во всемогущество отчима Шулепы.
Когда в семье Глебовых случается несчастье, мать решается обратиться за помощью к Левке. Это происходит сразу после нашумевшей истории с Бычковыми, которую довел до конца отчим Шулепы. Дядю Володю, родственника матери Глебова, обвиняют во вредительстве и арестовывают. Жена дяди Володи, красавица тетя Поля, часто приходит к Глебовым, плачет, уверяет, что с мужем вышла ошибка, что он просто слишком много выпивал. Вопреки запрету отца, мать Глебова убеждает Левку попросить отчима замолвить словечко
за дядю Володю. Отец в бешенстве убегает из дома, а баба Нила говорит, чтобы Глебов не стеснялся напоминать Левке о дяде Володе. «Разговоры разговорами», по ее мнению, «а помогать надо».
Однажды, когда Глебов сидит у Левки в гостях, отчим вызывает его в свой кабинет, обещает «узнать» насчет дяди Володи, но требует взамен выдать зачинщиков «игры в „огого“ на школьном дворе», которые пытались унизить Левку. Прижатый к стенке Глебов называет фамилию, выдает товарища.
Когда Антон и Левка предлагают Глебову вступить в ТОИВ, он показывает всю «силу никакого характера»: не отвечает ни «да», ни «нет», говорит, что «рад вступить в ТОИВ, но хочет быть вправе когда угодно из него выйти. То есть хотел быть членом общества и одновременно не быть им. Вдруг обнаружилась необыкновенная выгода такой позиции...»
После войны Левка и Глебов учатся в одном институте. Антон погиб на войне. Шулепников был женат на итальянке редкой красоты, но разошелся с ней. Левка шикарно одет, имеет возможность ходить в недоступные простым смертным коктейль-холлы и угощать друга за свой счет. Он ведет себя по-барски, уверяя, что окружающие милиционеры «только и живут тем, что он их не трогает». У Шулепы новая фамилия, а у его матери Алины Федоровны новый муж, уже третий по счету, и снова богатый и влиятельный. Они переехали из дома на набережной в новую квартиру.
Большой дом на набережной долгое время остается в жизни Глебова связанным с именем Сони Ганчук, его бывшей одноклассницы. Кроме того, Соня — дочка профессора Николая Васильевича Ганчука, светила науки, преподающего в институте, где учится Глебов. Глебов с детства помнил, что Соня выделялась среди девочек начитанностью, широтой кругозора, интеллигентностью и способностью пожалеть абсолютно любого человека. Еще учась в школе, он неоднократно бывал у Сони. Его поражал просторный кабинет ее отца, заполненный книгами, уставленный маленькими белыми бюстами философов. Он не замечал, что Соня класса с шестого была неравнодушна к нему, искала любого повода оказаться в той же компании, что и Глебов. Сам он относился к Соне только как к товарищу.
Уже в институте Глебов напоминает Николаю Васильевичу, что знаком с его дочерью и бывал у него дома, передает привет Соне. Глебов планирует через Соню подобраться ближе к Ганчуку, чтобы тот, заведующий кафедрой и крупная величина в институте, стал его научным руководителем. Сам Глебов живет очень бедно и неуютно. Отец после смерти матери в эвакуации стал выпивать, баба Нила состарилась. В доме же Ганчуков всегда уютно, вкусно кормят, и за войну ничего не изменилось. Мать Сони, Юлия Михайловна — немка по происхождению. Она преподает в институте, где работает Ганчук, немецкий язык. Глебов делает все возможное, чтобы стать для Ганчука незаменимым, бывает у него каждую неделю, необыкновенно быстро приносит библиографию, нужную Ганчуку для его собственной работы, ради чего не спит по ночам. Глебов даже сопровождает профессора во время прогулок в лютый мороз (Ганчук носит роскошную шубу, за которую воры могут и убить, и присутствие молодого сильного Глебова успокаивает Ганчука). Соня поначалу Глебова только раздражает — она приглашает его на разные вечеринки с участием своих подруг, «фиф», по выражению Глебова.
На одной из таких вечеринок Глебов с удивлением узнает, что приглашенные молодые люди давно считают его Сониным женихом, и никто не предпринимает попыток ухаживать за ней, потому что его ценит Сонин отец. Юноши даже завидуют Глебову: с женитьбой на хорошенькой и умной Соне он «отхватит лакомый кусок» в виде роскошной квартиры и дачи в Брусково. Один из гостей (имени которого ни Соня, ни Глебов не знают) так напивается, что его невозможно отправить домой. Юноша засыпает прямо на диване, а Глебов вызывается его сторожить, чтобы тот спьяну не наделал глупостей. Утром Глебов выставляет юношу, но Соня почему-то ругает его за это. Она жалеет незнакомого ей человека. Глебов ласково советует Соне жалеть его самого. Соня соглашается. Глебов впервые задумывается о Соне как о женщине, которую он мог бы полюбить.
Соня всегда принимает сторону Глебова в спорах с родителями. В доме Ганчуков часто бывает некто Куно Иванович, по прозвищу Куник, сын уже умершей подруги Юлии Михайловны по Венскому университету, а ныне — помощник Николая Васильевича. Глебов про себя сравнивает Куника с маленькой комнатной собачонкой Ганчуков. Ганчуки постоянно опекали его, почему-то считая, что Куник — несчастный человек. Однажды Юлия Михайловна спрашивает мнение Глебова о статье Куника, опубликованной в научном журнале. Тот честно отвечает, что статья средняя. Глебов объясняет, что посвященная историко-литературным вопросам «статья написана совсем не литературным языком», что заметно, что русский язык для автора не родной. Хотя все свои тезисы Глебов подкрепляет примерами из статьи, Юлия Михайловна принимается придираться к нему. По ее мнению, Куник, несмотря на мелкие замечания к его статье, «написал о главном: какую опасность представляет мелкобуржуазная стихия». Глебов робко возражает, что он тоже понимает эту опасность. В ответ на это замечание, Юлия Михайловна неожиданно заявляет, что давно заметила, «с каким особенным вниманием Глебов осматривает их квартиру... холодильник под окном и дверь грузового лифта». Она припоминает, как подробно Глебов расспрашивал ее о даче в Брускове, «сколько там комнат, есть ли водопровод, сколько соток участка, как будто собирался покупать». Соня принимается защищать Глебова, говорит, что он совсем ничего не имел в виду. Юлия Михайловна говорит, что ей самой все равно где жить и работать, что роскошь не имеет для нее значения. При этом Юлия Михайловна «не пешком ходила на девятый этаж, а ездила на лифте, отполированном под красное дерево, с зеркалом в человеческий рост, смотрела на себя в зеркало и дышала запахом дорогих папирос, дорогих собак и дорогого всего прочего». Отношение Юлии Михайловны к Глебову после этого разговора не ухудшается. Глебов из всего сказанного понял: питавшая симпатию к Кунику и видевшая в нем идеального мужа для своей дочери мать Сони заметила, что дочь предпочла Кунику Глебова.














Под Новый год Соня, Глебов, Шулепников со своей девушкой Стеллой и еще два десятка едва знакомых друг с другом студентов отправляются в Брусково праздновать. Люди в основном случайные, и после значительной дозы спиртного они затевают скандал. Некто Черемисин начинает «подъезжать» в красавице Стелле. Заходит спор о недавно уволенном из института преподавателе по фамилии Аструг (ученике и близком друге Ганчука). Черемисин, ранее подхалимничавший перед Астругом, теперь принимается развязно глумиться над ним. Левка вступается за Аструга (не из принципа, а потому что ему не понравилось поведение Черемисина по отношению к Стелле). Это служит поводом для жестокой драки. Утром проспавшиеся студенты поспешно и стыдливо исчезают с разгромленной дачи. Остаются только Соня с Глебовым, чтобы прибрать дачу к приезду родителей. Оглядевшись вокруг, Глебов вдруг понимает, что и эта дача, и заснеженный сад, и старомодные диваны, и маленькая старинная гравюрка могут принадлежать ему. Его охватывает настоящее желание, которого никогда раньше не было с Соней. Между ним и Соней происходит первая близость. Соня признается, что давно любит Глебова, рассказывает, как почувствовала острый прилив любви и жалости к нему, когда однажды он пришел в школу в курточке, во всю спину которой стояла заплатка. Глебова задевает это признание, но он не показывает виду.
Приезжают родители Сони. В семье активно обсуждается увольнение Аструга. Ганчук собирается бороться за своего ученика. Юлия Михайловна замечает, что нельзя однозначно относиться к этому случаю. Она допускает, что в критике Аструга была доля истины — он не умеет увлечь аудиторию, любит прихвастнуть, пощеголять знаниями. Но одно Юлии Михайловне ясно: через Аструга подбираются к Ганчуку, чтобы со временем избавиться и от него.
Отношения между Соней и Глебовым становятся все теплее, они часто ездят вдвоем в Брусково «готовиться к экзаменам» — «к разным экзаменам и к разным срокам». Родители ее ничего не замечают.
В это время дома у Глебова тяжелый период. При смерти любимая баба Нила. Ухаживает за ней тетя Поля, которая плавно и незаметно становится женой отца Глебова. После возвращения из тюрьмы дядя Володя не захотел вернуться к тете Поле, потому что узнал о том, что отец Глебова сошелся с ней еще в эвакуации. Мать Глебова узнала об этом, это ускорило ее конец (она умерла от сердечного приступа). Дочь тети Поли, Клавдия, ненавидит мать, считает ее виноватой во всех семейных неурядицах, к Глебовым заходит только ради бабы Нилы.
Однажды Клавдия в присутствии Сони просит мать посидеть со своей маленькой дочкой Светочкой на даче. Та отказывается, мотивируя отказ тем, что дачу сняли слишком далеко, а за бабой Нилой некому будет присмотреть, если тетя Поля уедет из Москвы. Клавдия ругается с матерью, все больше распаляясь. В разгар конфликта Соня предлагает взять Светочку к себе в Брусково на лето. Клавдия грубо отвергает предложение Сони, объясняя, что такая дача им «не по карману», а Соня лезет не в свое дело.
На пятом курсе Глебов успешно пишет диплом под руководством Ганчука. Он один из самых перспективных студентов. Однажды Глебова вызывают в деканат, где недавно назначенный декан Друзяев и аспирант Ширейко требуют от Глебова сменить научного руководителя и выступить с критикой в его адрес на собрании. Глебову указывают на то, что он, уже фактически зять Ганчука, а также Юлии Михайловны, преподающей в том же институте, рекомендован профессором в аспирантуру (о чем Глебов слышит в первый раз). Друзяев заявляет, что «все в отдельности превосходно, а все вместе — перебор» с точки зрения морали. От Глебова требуют, чтобы он сам поговорил с профессором и попросил его назначить ему другого научного руководителя перед самым дипломом. Глебову дело кажется чрезвычайно простым, и он соглашается, но все время откладывает разговор. Когда он делится своей проблемой с Соней, та, вспыхнув, отказывается советовать ему, как поступить. Соня поражена тем, что ему вообще пришло в голову говорить с ней на эту тему. Глебов совсем теряется, ничего не предпринимает, тянет с разговором. Юлию Михайловну тоже вызывают в деканат. От нее требуют, чтобы она, преподаватель с двадцатилетним стажем, сдавала экзамены на знание родного для нее немецкого языка в советском вузе. Оказывается, ее диплом Венского университета больше не котируется в СССР.
Тем временем Глебов начинает копаться в себе и размышлять, истинное ли чувство связывает его с Соней или это всего лишь «псевдолюбовь». Он понимает, что если выступить против Ганчука, аспирантура, Соня и ее наследство будут потеряны для него навсегда. Зато если он сделает то, чего от него требуют в деканате, он попадет в аспирантуру, будет на хорошем счету, получит прекрасную работу, станет независимым, никому не будет обязанным в жизни. На Глебова давят, требуют обязательно выступить против профессора. Его угрожают лишить Грибоедовской стипендии (а Глебову важны не столько деньги, сколько почет и сознание того, что он сам добился этого знака отличия).
Ганчук и Юлия Михайловна из постороннего источника узнают о том, что Глебов собрался менять научного руководителя. Все в недоумении. За вечерним чаем Ганчук прямо спрашивает Глебова о причине такого шага. Глебов бормочет что-то невразумительное, выбегает из-за стола, оставляя Соню все объяснить родителям. Соня заступается за Глебова, берет вину на себя (говорит, что он пытался посоветоваться с ней, но она отказалась вмешиваться в это дело). Заодно Соня рассказывает родителям, что они с Глебовым решили пожениться. Юлия Михайловна под предлогом головной боли уходит и уже не появляется в столовой до ухода Глебова. Ганчук, растерянный, но все же держащий себя в руках, прощает Глебова, просит в другой раз заранее ставить его в известность о подобных решениях. Ганчук, «уже как своему человеку», объясняет Глебову, за что его травят в институте. Повод в том, что Ганчук вступился за Аструга и еще одного преподавателя. Но причина глубже. Тех, кто стоит теперь во главе института, он сам (Ганчук) «не добил» в эпоху двадцатых годов, когда партию и научные кадры чистили от таких вот примазавшихся «мелкобуржуазных элементов».
Глебов, терзаемый сомнениями — выступать или промолчать, — отправляется за советом к Шулепе. Тот считает, что Ганчук Глебову «вообще не нужен». Тем не менее, Глебов просит Левку позвонить «кому следует», попросить, чтобы от Глебова отстали, «не мучили», не унижали, обошлись без него. Глебов твердит, что не может «высказаться», потому что это все равно что «вымазаться». Левка зло высмеивает его: «Ишь ты, какая чистюля! Другие пусть мажутся, а я в стороне постою? Хорош гусь!» Вначале Левка отказывается помогать, но потом, под давлением своей матери Алины Федоровны, звонит Ширейко. Впрочем, звонок не приносит почти никакого результата. Ширейко интересуется, зачем Глебов бегает и всем жалуется, говорит, что силой из него ничего тянуть не будут. Левка с Глебовым напиваются. Левка философствует о том, что жениться незачем, а хорошо просто иметь женщину- друга. Ведь Соня при любом исходе навсегда останется Глебову другом. Шулепа убеждает Глебова бросить Соню. Алина Федоровна называет сына подонком. Шулепа везет пьяного Глебова к знакомым женщинам.
Домой к Глебову прибегает студентка-активистка Марина Красникова, передает ему тезисы, с которыми Глебов должен выступить на собрании. Тезисы сводятся к следующему: заслуги Ганчука неизмеримо больше ошибок. Марина целиком на стороне Ганчука. Она рассказывает, что страсти в институте кипят. На занятия Ширейко, написавшего обвинительную статью против Ганчука, почти никто не ходит, с ним не здороваются и не подают руки. Уважаемые профессора угрожают покинуть институт, если травля Ганчука не прекратится.
После Марины к Глебовым приходит Куно Иванович, помощник Ганчука. Он недоумевает, почему Глебов держится в стороне, когда на близких ему людей, фактически его семью, обрушилось такое несчастье. Сам Куно Иванович написал  
резкие письма во все мыслимые инстанции в защиту Ганчука. Он не требует, чтобы Глебов подписывал их, хочет взять на себя всю ответственность. Куник предрекает, что в день собрания будет казнь Глебова, потому что «иногда и молчание собственное казнит». У Глебова вырывается обещание выступить на собрании в защиту профессора. После ухода Куника он жалеет о своем порыве.
В отчаянии Глебов обращается за советом к умирающей бабе Ниле. Та, как всегда мудро, отвечает ему, чтобы он «не томил себя, не огорчал сердца, коли все равно ничего нельзя... как оно выйдет само, так и правильно».
Утром того дня, когда Глебов должен был выступать на собрании, умирает баба Нила, тем самым избавив внука от мучений и проблем. Глебов не присутствует на собрании, где Ганчука выгоняют из института. Никто не имеет к Глебову претензий, потому что причина его отсутствия уважительная.
После похорон бабы Нилы Глебов, как ни в чем не бывало, приходит к Ганчукам. Дома одна Юлия Михайловна. Она ведет себя с Глебовым, как с посторонним, долго держит его в ожидании в пустой темной столовой. Наконец Юлия Михайловна объявляет, что хочет, пока нет Сони, поговорить с гостем начистоту. Она признается, что ненавидит Глебова, что просит его исчезнуть из их дома без объяснений с Соней, предлагает Глебову за это денег, называет его буржуазным. Потом ее осеняет, что купить Глебова можно не деньгами. Юлия Михайловна обещает дать ему старинное кольцо с сапфиром, настоящую «буржуазную вещь», но не успевает. Появляется Ганчук. Он заводит разговор о Достоевском, о Раскольникове. «Нынешние Раскольниковы не убивают старух-процентщиц топором, но терзаются перед той же чертой: переступить?» В завершение своей мысли профессор задает Глебову вопрос, зачем ему вообще приходить в их дом. Входит Соня, принимается защищать Глебова, говорит, что его и так «намучили». Профессор, словно отвечая на свой собственный вопрос, замечает, что Раскольникова тоже тянуло в дом, где он совершил преступление.
Потом Глебов всю жизнь старался забыть лицо Юлии Михайловны, с которой он через несколько дней столкнулся в коридоре института и не поздоровался. Глебов старался забыть и то, что сказал ему Куно Иванович, случайно столкнувшись с ним на бульваре через некоторое время после собрания. Неприятным воспоминанием был и странный, намеками, разговор с самим Ганчуком на редколлегии, где они встретились много лет спустя, когда профессор был везде восстановлен, а инициаторы его травли «сгинули в неизвестности». Последняя неприятность была госпитализация Сони в психиатрическую больницу (она боялась света и хотела все время быть в темноте). Глебов ни разу не навестил Соню. Юлия Михайловна умерла через год.
Однажды, через много лет, Глебов увидел постаревшую Соню в кафе в Риге, где был уже с женой Мариной. Потом он узнал, что Соня скоро умерла. Старик Ганчук остался один и уехал из дома на набережной в панельную новостройку на окраину Москвы, поскольку прежняя квартира напоминала ему о дочери.
В годовщину Сониной смерти Ганчук в сопровождении своего бывшего ученика, автора повести, товарища Шулепы и Глебова, едет на кладбище. Сторожем там работает спившийся и опустившийся Левка, фамилия которого теперь Прохоров (как и у его настоящего отца).



Поиск
В нашей базе 2000 кратких изложений

Сохранить себе