👍Краткое содержание – «АСЯ ДРУГОЙ ПЕРЕССКАЗ» Тургенев
Краткое содержание > Тургенев > АСЯ ДРУГОЙ ПЕРЕССКАЗ
АСЯ ДРУГОЙ ПЕРЕССКАЗ - краткое содержание


Краткое изложение и пересказ произведения по главам АСЯ ДРУГОЙ ПЕРЕССКАЗ

Немолодой светский человек, Н. Н., вспоминает историю, которая приключилась с ним, когда ему было лет двадцать пять. Он тогда уехал за границу, чтобы посмотреть «на мир божий». Н. Н. тогда путешествовал без цели, единственное, что занимало его, — новые люди. «...Лица, живые человеческие лица — речи людей, их движения, смех — вот без чего я обойтись не мог». Н. Н. наблюдал за людьми, рассматривал их «с... радостным и ненасытным любопытством».
Эта история произошла с Н. Н. в немецком небольшом городке 3., на левом берегу Рейна. Он тогда стремился к уединению, а городок привлек его «своим местоположением у подошвы двух высоких холмов» и прочими природными особенностями, «а главное, своим хорошим вином».
Н. Н. наслаждался видами городка, нередко ходил смотреть на величавую реку Рейн. На противоположном берегу Рейна находился городок Л. Однажды вечером Н. Н. услышал, что в Л. играют вальс, студенты приехали на коммерш («особенного рода торжественный пир, на который сходятся студенты одной земли или братства»). Заинтересованный, Н. Н. переправился в Л. и присоединился к гуляющим. Ему нравилось смотреть на веселящихся сту-
дентов: «это добродушное раздолье... трогало и поджигало».
На этом празднике Н. Н. познакомился с соотечественниками — молодым человеком Гагиным и девушкой Асей, которую Гагин представил как свою сестру.
Вообще-то Н. Н. неохотно знакомился с русскими за границей, их легко было узнать по «выраженью их лица. Самодовольное и презрительное, часто повелительное, оно вдруг сменялось выражением осторожности и робости...» Но лицо Гагина привлекло Н. Н.: оно было «милое, ласковое, с большими мягкими глазами и мягкими курчавыми волосами». Девушка тоже показалась Н. Н. миловидной. «Было что-то свое, особенное, в складе ее смугловатого, круглого лица, с небольшим тонким носом, почти детскими щечками и черными, светлыми глазами».
Гагин пригласил Н. Н. к себе домой, на квартиру, в которой он и сестра остановились. Н. Н. был очарован своими новыми друзьями. Ася сначала дичилась Н. Н., но скоро уже сама заговаривала с ним. Наступил вечер, пришла пора ехать домой. Уезжая от Гагиных, Н. Н. почувствовал себя счастливым. «Но отчего я был счастлив? Я ничего не желал, я ни о чем не думал... Я был счастлив ».
На следующий день «Гагин рассказал мне свои планы на будущее: владея порядочным состоянием и ни от кого не завися, он хотел посвятить себя живописи и только сожалел о том, что поздно хватился за ум и много времени потратил по-пустому; я также упомянул о моих предположениях, да, кстати, поведал ему тайну моей несчастной любви».
Прошло много дней. Шалости Аси были разнообразны, каждый день она представлялась новой, другой — то благовоспитанной барышней, то шаловливым ребенком, то простенькой девочкой. Н. Н.  регулярно бывал у Гагиных.
Н. Н. с удовольствием наблюдал за Асей — эта живая и подвижная, а порой тихая, скромная девушка интересовала его.
Спустя две недели со Дня знакомства с Гагиными Н. Н. заметил странность в поведении Аси: «Ася словно избегала меня, но уже не позволяла себе ни одной из тех шалостей, которые так удивили меня в первые два дня нашего знакомства. Она казалась втайне огорченной или смущенной; она и смеялась меньше». Гагин обращался с девушкой ласково-снисходительно, а в Н. Н. крепло подозрение, что Гагин — не брат Аси. «Она довольно хорошо говорила по-французски и по-немецки; но по всему было заметно, что она с детства не была в женских руках и получила воспитание странное, необычное, не имевшее ничего общего с воспитанием самого Гагина. От него, несмотря на его шляпу a la Van Dyck и блузу, так и веяло мягким, полуизнеженным, великорусским дворянином, а она не походила на барышню; во всех ее движениях было что-то неспокойное: этот дичок недавно был привит, это вино еще бродило. По природе стыдливая и робкая, она досадовала на свою застенчивость и с досады насильственно старалась быть развязной и смелой, что ей не всегда удавалось».
Один случай подтвердил подозрения Н. Н. Однажды он случайно подслушал разговор Гагиных: «Вдруг меня поразил голос Аси, с жаром и сквозь слезы произносившей следующие слова:
—	Нет, я никого не хочу любить, кроме тебя, нет, нет, одного тебя я хочу любить — и навсегда.
—	Полно, Ася, успокойся, — говорил Гагин, — ты знаешь, я тебе верю.
Голоса их раздавались в беседке. Я увидал их обоих сквозь негустой переплет ветвей. Они меня не заметили.
—	Тебя, тебя одного, — повторила она, бросилась ему на шею и с судорожными рыданиями начала целовать его и прижиматься к его груди ».
Это происшествие, с одной стороны, в какой-то степени подтвердило подозрения Н. Н., но также обидело его — он не ожидал от Гагиных лжи и не понимал ее причин. После этого разговора несколько дней Н. Н.
не виделся с Гагиными. Но через несколько дней он нашел дома записку от Гагина, который просил его прийти. Гагин встретил Н. Н. по-приятельски, но Ася, увидев гостя, расхохоталась и убежала. «Гагин смутился, пробормотал ей вслед, что она сумасшедшая, попросил меня извинить ее. Признаюсь, мне стало очень досадно на Асю; уж и без того мне было не по себе, а тут опять этот неестественный смех, эти странные ужимки». Тогда Гагин рассказал другу историю своей сестры. Родители Гагина жили в своей деревне. После смерти матери Гагина его отец воспитывал сына один. Но однажды приехал дядя Гагина, который решил, что мальчик должен учиться в Петербурге. Отец противился, но уступил, и Гагин поступил в школу, а затем в гвардейский полк. Гагин часто приезжал и однажды, уже лет в двадцать, увидел в своем доме маленькую девочку Асю, но не обратил на нее никакого внимания, услышав от отца, что она сирота и взята им «напрокормление».
Гагин долго не был у отца и лишь получал от него письма, как вдруг однажды пришло известие о его смертельной болезни. Гагин приехал и застал отца умирающим. Тот завещал сыну заботиться о сестре — Асе. Скоро отец умер, а слуга Яков рассказал Гагину, что Ася — дочь отца Гагина и горничной Татьяны. «Сколько я мог понять из почтительных недомолвок Якова, отец мой сошелся с нею несколько лет спустя после смерти матушки. Татьяна уже не жила тогда в господском доме, а в избе у замужней сестры своей, скотницы. Отец мой сильно к ней привязался и после моего отъезда из деревни хотел даже жениться на ней, но она сама не согласилась быть его женой, несмотря на его просьбы.








— Покойница Татьяна Васильевна, — так докладывал мне Яков, стоя у двери с закинутыми назад руками, — во всем были рассудительны и не захотели батюшку вашего обидеть. Что, мол, я вам за жена? какая я барыня?» — рассказал Гагин Н. Н. Татьяна жила у своей сестры вместе с Асей. Когда Асе было девять лет, она лишилась матери. Отец взял ее в дом и воспитывал сам. Когда отец Гагина умер, Ася была вынуждена остаться со сводным братом. Поначалу она его боялась, но со временем привыкла и полюбила. Гагин отвез Асю в Петербург и определил в пансион. В пансионе Асе пришлось нелегко: двойственность ее положения вызывала ядовитые реплики других девиц, но Ася «им на волос не уступала». Когда Асе исполнилось семнадцать, Гагин был вынужден забрать ее из пансиона, и они вместе отправились за границу. После рассказа Гагина Н. Н. стало легко. Отношение его к Асе не могло не измениться: «Мне стало очень жаль ее; теперь я многое понимал в ней, что прежде сбивало меня с толку: ее внутреннее беспокойство, неуменье держать себя, желание порисоваться — все мне стало ясно. Я понял, почему эта странная девочка меня привлекала; не одной только полудикой прелестью, разлитой по всему ее тонкому телу, привлекала она меня: ее душа мне нравилась». Ася внезапно попросила Гагина сыграть им вальс, и Н. Н. и девушка долго танцевали. «Ася вальсировала прекрасно, с увлечением. Что-то мягкое, женское проступило вдруг сквозь ее девически строгий облик. Долго потом рука моя чувствовала прикосновение ее нежного стана, долго слышалось мне ее ускоренное, близкое дыхание, долго мерещились темные, неподвижные, почти закрытые глаза на бледном, но оживленном лице, резво обвеянном кудрями». Этот вальс Н. Н. запомнил надолго. Весь этот день Гагин, Н. Н. и Ася были вместе и веселились, как дети, но назавтра настроение Аси изменилось. Она была бледна, сказала, что думает о своей смерти. Однажды Н. Н. принесли записку от Аси, в которой она просила его прийти. Вскоре к Н. Н. пришел Гагин и сказал, что Ася влюблена в Н. Н. Вчера весь вечер ее била лихорадка, она ничего не ела, плакала и призналась, что любит Н. Н. Девушка желает уехать. Н. Н. рассказал другу о записке, которую прислала ему Ася. Гагин понимал, что его друг не женится на Асе, поэтому они договорились, что Н. Н. честно с ней объяснится, а Гагин будет сидеть дома и не подавать вида, что знает о записке. Гагин ушел, а у Н. Н. голова шла кругом: «Он ушел, а я бросился на диван и закрыл глаза. Голова у меня ходила кругом: слишком много впечатлений в нее нахлынуло разом. Я досадовал на откровенность Гагина, я досадовал на Асю, ее любовь меня и радовала и смущала. Я не мог понять, что заставило ее все высказать брату; неизбежность скорого, почти мгновенного решения терзала меня... “Жениться на семнадцати летней девочке, с ее нравом, как это можно!” — сказал я, вставая». Другая записка известила Н. Н. о перемене места их с Асей встречи. Придя в назначенное место, он увидел хозяйку, фрау Луизе, которая и провела его в комнату, где ожидала его Ася. Девушка дрожала. Н. Н. обнял ее, но тут же вспомнил о Гагине и стал обвинять Асю в том, что она все рассказала брату. Ася слушала его речи и вдруг зарыдала. Н. Н. растерялся, а она бросилась к двери и исчезла. Н. Н. метался по городу в поисках Аси. «Я выбрался из города и пустился прямо в поле. Досада, досада бешеная, меня грызла. Я осыпал себя укоризнами. Как я мог не понять причину, которая заставила Асю переменить место нашего свидания, как не оценить, чего ей стоило прийти к этой старухе, как я не удержал ее! Наедине с ней в той глухой, едва освещенной комнате у меня достало силы, достало духа — оттолкнуть ее от себя, даже упрекать ее. А теперь ее образ меня преследовал, я просил у нее прощения; воспоминания об этом бледном лице, об этих влажных и робких глазах, о развитых волосах, о легком прикосновении ее головы к моей груди — жгли меня». Вечером Н. Н. направился к дому Гагиных. Навстречу ему вышел Гагин, обеспокоенный тем, что Аси все нет. Н. Н. искал Асю по всему городу, он сто раз повторял, что любит ее, но нигде не мог ее найти. Однако, подойдя к дому Гагиных, он увидел свет в Асиной комнате и успокоился. Молодой человек принял твердое решение — завтра просить Асиной руки. Н. Н. был счастлив. На следующий день он увидел у дома Гагиных служанку, которая сказала, что хозяева уехали, и передала Н. Н. записку от Гагина. Тот писал, что убежден в необходимости разлуки. Когда Н. Н. шел мимо дома фрау Луизе, та передала ему записку от Аси, где та писала, что, если бы Н. Н. сказал одно слово, — она бы осталась. Но, видно, так лучше... Н. Н. всюду искал Гагиных, но безуспешно. Он знал многих женщин, но чувство, разбуженное в нем Асей, не повторилось больше никогда. Тоска по ней осталась у Н. Н. на всю жизнь. «Что осталось от меня, от тех блаженных и тревожных дней, от тех крылатых надежд и стремлений? Так легкое испарение ничтожной травки переживает все радости и все горести человека — переживает самого человека». Женский образ в повести И. С. Тургенева «Ася» Ася является в повести Тургенева восемнадцатилетней девушкой; в ней кипят молодые силы, и кровь играет, и мысль бегает; она на все смотрит с любопытством, но ни во что не вглядывается; посмотрит и отвернется, и опять взглянет на что-нибудь новое; она с жадностью ловит впечатления, и делает это без всякой цели и совершенно бессознательно; сил много, но силы эти бродят. На чем они сосредоточатся и что из этого выйдет, вот вопрос, который начинает занимать читателя тотчас после первого знакомства с этой своеобразной и прелестной фигурой... ...Что же касается до тестообразного г. Н., то он поступил так замысловато и вследствие этого так глупо, как может поступить только существо, лишенное плоти и крови или одаренное весьма жалкою дозою крови плохого достоинства... У него все перепутано: чувство врывается в процесс мысли, мысль парализует чувство... Это — ходячая теория, человеческая голова на курьих ножках, выжатый лимон без соку, без вкуса и без остроты.



Поиск
В нашей базе 2000 кратких изложений

Сохранить себе