Краткое содержание > Тургенев > БЕЖИН ЛУГ
БЕЖИН ЛУГ - краткое содержание


Краткое изложение и пересказ произведения по главам БЕЖИН ЛУГ

Рассказ начинается описанием природы. «Был прекрасный июльский день, один из тех дней, которые случаются только тогда, когда погода установилась надолго. С самого раннего утра небо ясно; утренняя заря не пылает пожаром: она разливается кротким румянцем. Солнце — не огнистое, не раскаленное, как во время знойной засухи, не тускло-багровое, как перед бурей, но светлое и приветно лучезарное — мирно всплывает под узкой и длинной тучкой, свежо просияет и погрузится в лиловый ее туман. ...В сухом и чистом воздухе пахнет полынью, сжатой рожью, гречихой; даже за час до ночи вы не чувствуете сырости. Подобной погоды желает земледелец для уборки хлеба...» В такой день рассказчик охотился за тетеревами. События происходили в Чернском уезде Тульской губернии. Охота оказалась удачной: рассказчик настрелял довольно много дичи, но когда решил вернуться домой, уже практически стемнело. Охотник заблудился. «Быстрыми шагами прошел я длинную “площадь” кустов, взобрался на холм и, вместо ожиданной знакомой равнины с дубовым леском направо и низенькой белой церковью в отдалении, увидал совершенно другие, мне не известные места. У ног моих тянулась узкая долина; прямо, напротив, крутой стеной возвышался частый осинник. Я остановился в недоумении, оглянулся... “Эге! — подумал я, — да это я совсем не туда попал: я слишком забрал вправо”», — и, сам дивясь своей ошибке, проворно спустился с холма». Ночь приближалась, а рассказчик не мог отыскать дорогу домой. Уже с трудом различались отдаленные предметы.
Дианка, английская желто-белая собака, не смогла ничем помочь охотнику. Тот отправился вперед, «словно вдруг догадался, куда следовало идти, обогнул бугор и очутился в неглубокой, кругом распаханной лощине». Но путь снова привел не туда. Отчаявшись узнать местность, рассказчик отправился наудачу, надеясь на звезды. «Казалось, отроду не бывал я в таких пустых местах: нигде не мерцал огонек, не слышалось никакого звука. Один пологий холм сменялся другим, поля бесконечно тянулись за полями, кусты словно вставали вдруг из земли перед самым моим носом. Я все шел и уже собирался было прилечь где-нибудь до утра, как вдруг очутился над страшной бездной». Внизу была огромная равнина, широкая река. И внизу, возле реки, «красным пламенем горели и дымились друг подле дружки два огонька. Вокруг них копошились люди, колебались тени, иногда ярко освещалась передняя половина маленькой кудрявой головы...» Наконец охотник понял, куда он зашел. Это был Бежин луг. Возвращаться домой сил не было, и рассказчик решил подойти к огонькам, провести ночь в обществе, как он решил, гуртовщиков.
Когда охотник спустился вниз, на него накинулись собаки. У огней раздались звонкие детские голоса. Дети отозвали собак, и охотник смог подойти к огню. Здесь сидели крестьянские дети из соседних деревень и стерегли табун. Жарким летом лошадей выгоняли кормиться ночью.
Охотник подсел к мальчикам, они немного поговорили, после чего рассказчик прилег. 
Мальчиков было пятеро, рассказчик узнал их имена из разговоров: Федя, Павлуша, Ильюша, Костя и Ваня. Из разговора их он узнал и о жизни мальчиков. Старший из ребят, Федя, лет четырнадцати, был «стройный мальчик, с красивыми и тонкими, немного мелкими чертами лица, кудрявыми белокурыми волосами, светлыми глазами и постоянной полувеселой, полурассеянной улыбкой. Он принадлежал, по всем приметам, к богатой семье и выехал-то в поле не по нужде, а так, для забавы».
Второй, Павлуша, черноволосый и сероглазый, понравился рассказчику: «глядел он очень умно и прямо, да и в голосе у него звучала сила». «Лицо третьего, Ильюши, было довольно незначительно: горбоносое, вытянутое, подслеповатое, оно выражало какую-то тупую, болезненную заботливость; сжатые губы его не шевелились, сдвинутые брови не расходились — он словно все щурился от огня». И Павлуше, и Ильюше можно было дать лет по двенадцать. Костя, мальчик лет десяти, заинтересовал рассказчика своим печальным и задумчивым взглядом. Ваню охотник сперва даже не заметил, последнему из мальчиков было лет семь.
Чтобы не смущать ребят, охотник сделал вид, что уснул, и дети вернулись к прерванной его появлением беседе. Федя поинтересовался у Ильюши, видел ли тот домового. Тот ответил, что видеть его нельзя, а слышать — слышал. Ильюша рассказал, что водится домовой в старой рольне (строение, которое находится у плотины, под колесом). Ребята работали лесовщиками (гладили и скоблили бумагу) в рольне, и пришлось им остаться там на ночь. Ночью они слышали чьи-то шаги, чаны шевелились сами. Мальчишки испугались, поняв, что это домовой.








Следующую историю, услышанную от отца, рассказал Костя. Слободской плотник Гаврила раз отправился в лес за орехами, заблудился и решил заночевать под деревом. Задремал и вдруг услышал, как кто-то зовет его, но никого не увидел. Откликнувшись на следующий зов, Гаврила увидел, что перед ним русалка на ветке качается, зовет его и смеется. «Вот зовет она его, и такая вся сама светленькая, беленькая сидит на ветке, словно плотичка какая или пескарь, — а то вот еще карась бывает такой белесоватый, серебряный... Гаврила-то плотник так и обмер, братцы мои, а она знай хохочет да его все к себе этак рукой зовет». Гаврила почти пошел на зов русалки, но опомнился, положил крест, и русалка заплакала. Гаврила спросил, почему, на что русалка ответила: «Не креститься бы тебе, говорит, человече, жить бы тебе со мной на веселии до конца дней; а плачу я, убиваюсь оттого, что ты крестился; да не я одна убиваться буду: убивайся же и ты до конца дней». С тех пор плотник Гаврила ходит невеселый. Ильюша рассказал о том, что приключилось на Варнавицах, на прорванной плотине. Там давным- давно утопленник похоронен. И на днях, рассказывал Илюша, приказчик отправил псаря Ермила на почту. Обратно пришлось ехать ночью, через плотину. Проезжая там, Ермил увидел: «у утопленника на могиле барашек, белый такой, кудрявый, хорошенький, похаживает». Взял Ермил барашка на руки, но тут лошадь испугалась. «Смотрит он, Ермил, на него, и барашек ему прямо в глаза так и глядит. Жутко ему стало, Ермилу-то псарю: что мол, не помню я, чтобы этак бараны кому в глаза смотрели; однако ничего; стал он его этак по шерсти гладить, — говорит: “Бяша, бяша!” А баран-то вдруг как оскалит зубы, да ему тоже: “Бяша, бяша...”». Не успел мальчик завершить рассказ, как собаки с лаем бросились прочь от огня. Ребята испугались. Когда мальчики успокоились, они стали обсуждать ситуацию и пришли к выводу, что место у реки, на котором они сидят, «нечистое». Оказывается, там не раз старого барина, покойного, видели. «Ходит, говорят, в кафтане долгополом и все это этак охает, чего-то на земле ищет. Его раз дедушка Трофимыч повстречал: “Что, мол, батюшка, Иван Иваныч, изволишь искать на земле?”» Ребята продолжили обсуждение всевозможных загадочных случаев. Ильюша рассказал товарищам, что «покойников во всяк час видеть можно», он, по замечанию рассказчика, знал сельские поверья лучше остальных. Ильюша рассказал, что в родительскую субботу можно увидеть даже того, кто в этом году умрет. Голубь, согласно сельским поверьям, это душа умершего. Солнечное затмение — «предвиденье небесное» — должно было привести к светопреставлению. Прозвучал рассказ об Акулине-дурочке, которая «рехнулась, как в воде побывала».





Поиск
В нашей базе 2000 кратких изложений

Сохранить себе